Адасса Подкоритова
Это имя было вам дано при рождении?
Нет. Это моё еврейское имя, которое я взяла, когда решила начать соблюдать традиции. До этого я жила самой обычной светской жизнью.
Как и многие советские евреи…
Именно.
А почему именно Адасса?
Я родилась в Пурим, а, как известно, второе имя царицы Эстер было Адасса.
Очень красивая история. А как ваша фамилия?
Подкоритов.
Где вы родились? Откуда ваша семья?
Я родилась в Грозном, в Чечне. Но корни нашей семьи — в Азербайджане. Все мужчины нашей семьи служили на границе между Ираном и Советским Союзом, в районе Азербайджана под названием Ленкорань, среди жителей которого было много евреев. Именно там наши мужчины находили себе жён. Бабушка вспоминала, что, хотя евреи жили обособленно, отношения с азербайджанцами были теплыми и дружескими.
У меня тоже есть личные воспоминания об Азербайджане — мой отец служил там, в Бакинском округе противовоздушной обороны. Я могу подтвердить: в Азербайджане действительно не было антисемитизма.
Да, в те времена моя семья никогда не сталкивалась с антисемитизмом. Более того, бабушка рассказывала невероятный случай. Когда разгорелся конфликт между Азербайджаном и Арменией из-за территории Нагорного Карабаха, на которую претендовали обе республики, начались преследования армян. Бабушка была смуглой, и нападавшие приняли её за армянку, схватили… И тут соседи-азербайджанцы с криками: «Она не армянка, она еврейка!» буквально вырвали её из рук атакующих. Так они её спасли.
После этих драматических событий семья приняла решение покинуть опасный регион и перебралась в Молдову. Моей маме тогда было всего девять лет. В Молдове мама выросла, но, когда ей исполнилось около двадцати, она поехала в Грозный на свадьбу к подруге и там встретила своего будущего мужа. Он влюбился в неё с первого взгляда, вскоре приехал в Молдавию просить её руки и затем увёз в Грозный. Так наша семья оказалась в Чечне.
Мы прожили там до 1994 года, пока в жизнь вновь не ворвалась война — теперь уже Первая чеченская. В те годы федеральные войска России вели ожесточённые боевые действия против вооружённых формирований непризнанной Чеченской Республики Ичкерия, стремясь вернуть контроль над регионом.
Мы бежали из Грозного в Молдову, к бабушке. Нам повезло: в первые дни войны граница ещё оставалась открытой, и мы смогли выехать. За нами приехал дядя и сказал, что в машине хватит места только для женщин и детей. Так он забрал меня, мою старшую сестру и маму, а затем вывез нас в Россию. Оттуда мы на поезде направились в Молдову, где у бабушки была квартира. Но сама бабушка в тот момент оказалась в Грозном: незадолго до войны она приехала к нам в гости. Когда начались обстрелы, в машине для неё места не нашлось. Она настояла, что останется, ведь главное — спасти молодых и детей. Почти всю войну бабушка скрывалась в подвале дома. И лишь позже ей удалось вырваться из охваченного огнём города. Как только она выехала, в наш дом попала бомба. От него не осталось ничего — даже развалин: на месте, где был дом, зияла пустота…
Так в итоге мы все оказались в Молдове, где я провела многие годы, ведь приехала туда восьмилетним ребёнком.
Постепенно члены нашей семьи начали репатриироваться в Израиль: сначала уехала младшая сестра бабушки, затем старшая, а позже и сама бабушка. И однажды я задумалась: почему все мои родственники переселяются в Израиль? Конечно, я знала о наших еврейских корнях, но совершенно не понимала, что это значит для меня лично. Тогда я решила начать изучать иврит. В то время я училась в девятом классе обычной школы, и мама сказала, что для хорошего образования мне нужно продолжать учёбу в лицее.
И вот в первый же день на курсах иврита я увидела газету Израильского культурного центра, где было объявление о наборе в еврейский лицей «Орт». Я сказала маме: «Если ты хочешь, чтобы я училась в лицее, то пойду только туда и ни в какой другой!» Лицей был с математическим уклоном, а я по натуре гуманитарий. Но настолько сильно я хотела учиться именно в этом, еврейском, лицее, что стала усердно готовиться к вступительному экзамену по математике. В итоге я его успешно сдала и начала учебу.
В лицее, кроме обычных предметов, нам преподавали еврейскую историю и традиции. Нашими учителями была супружеская пара из Израиля. Мне нравился их семейный уклад, их уважительные взаимоотношения, их дети (а семья была многодетной). Они стали для меня примером. Я мечтала, чтобы моя будущая семья была такой же. Под впечатлением от них я в библиотеке лицея брала все книги о еврейских традициях и дома жадно погружалась в чтение.
