Зоя Борухова

Мы продолжаем разговор о традициях бухарских евреев.

- Четверг - день, предшествующий Шаббату, традиционно был банным днем. Вечером, после работы, родители с детьми отправлялись в общественную баню: матери с дочерьми — в женское отделение, отцы с сыновьями — в мужское. Уже в начале 70-х эта традиция начала уходить в прошлое: в частных домах стали строить собственные бани, а молодежь, живя в многоквартирных домах, пользовалась ванной.

В пятницу утром в качестве халы пекли нон — душистые лепешки, а в тандыре - глиняной печи, пристроенной к стене кухни, выпекали пирожки с мясом и луком. Дом тщательно убирали. К Cубботнему столу традиционно готовили несколько блюд. Вначале подавали жареную рыбу — карпа или сазана под чесночным соусом с кинзой, затем охлажденную курицу с отварными овощами. Главным было третье блюдо — оши бахши халтаги — мясной зеленый плов, медленно томившийся в бульоне внутри льняного мешка.

Неотъемлемая часть Субботнего стола — Хамим (чолнт), у нас его называли оши Саво — «блюдо для Шаббата». Это мясное блюдо из курицы или говядины с рисом, черносливом, сушеными яблоками, картофелем в кожуре и яйцами в скорлупе, томилось на медленном огне целые сутки.

огне целые сутки. Несмотря на светский образ жизни и адаптацию к новой русско-советской среде, у большинства членов общины сохранялись прочные связи с еврейской традицией: проведение обрезания на восьмой день, организация Хупы, Бар Мицвы и т.д. Кто же мы, евреи Средней Азии?

Наша история началась в далеком прошлом и связана с историей десяти потерянных колен Израиля, изгнанников из Ассирии. Кем мы себя ощущаем? Мы называем себя Бней Исраэль — сынами Израиля. На протяжении тысячелетий, живя в персоязычном мире — начиная ещё с эпохи Ахеменидов, — нас называли яхуди, то есть иудеи. Во второй половине XIX века, с приходом Российской империи в Среднюю Азию, местных евреев стали называть «туземными», приравнивая нас в правах к коренным народам региона.

Лишь с 1930-х годов, при советской власти, нас стали называть бухарскими евреями — по названию города Бухара, столицы Бухарского ханства, где испокон веков жила одна из крупнейших еврейских общин региона. Но наша история не ограничивается только Бухарой. Мы жили в ключевых городах вдоль Великого Шелкового пути — в Самарканде, Хорезме, Андижане, Шахрисабзе, Мары (древнем Мерве).

Наши предки адаптировали персидский язык, на основе которого сформировался особый еврейско-таджикский, или еврейско-персидский язык. Он впитал в себя лексику иврита и записывался буквами ивритского алфавита — отражая уникальный сплав культур, в котором мы жили веками.

Говоря о средневековой литературе на этом языке, стоит упомянуть значимый письменный памятник — перевод Пятикнижия, выполненный Йосефом бен Моше в 1319 году. Ученыйиранист Михаил Занд называет Шохина Шерози основоположником еврейско-персидской поэзии. Его перу принадлежат поэтические пересказы библейских текстов: «Мусанома» (Книга Моисея, 1326), «Эзранаме» (Книга Эзры, 1328), «Милхамот Адонай» (Б-жьи Войны). Шохин Шерози также является автором поэмы о жизни пророка Моисея, по духу близкой к великой «Шахнаме» (Книга Царей) — эпосу Абу'л-Касима Фирдоуси, основоположника таджикско-персидской литературы.

На еврейско-персидском языке были созданы словари — «Книга красноречия» Шломо бен Шмуэля из Гурганжа (1339) и «Агрон» Моисея бен Аарона (1445). Эти труды многократно переписывались и были изданы в Иерусалиме благодаря усилиям Шимона Хахама — учёного и писателя из Бухары, основателя бухарского квартала Шхунат Бухарим в столице Израиля.

Наши предки создали уникальную музыкальную культуру — Шашмаком и Созанда, активно участвовали в торговле, став проводниками на Великом Шелковом пути. Они занимались производством шелка (шои), были мастерами по окраске и ткачеству, создавали серебряную посуду для Песаха.

Путешественник Армин Вамбери, посетивший Бухару во второй половине XIX века, был настолько впечатлен ювелирным искусством бухарских евреев, что при его содействии в 1878 году их изделия были представлены на Всемирной выставке в Вене, и вызвали живой интерес у европейской публики.

В 1990 году наша семья эмигрировала в Израиль, где мы прожили полтора года. Затем мы переехали в ЮАР и обосновались в Йоханнесбурге. В Канаду мы приехали в 1996 году и поселились в районе North York.

Мой муж Валерий — выпускник Ленинградского института киноинженеров (ЛИКИ), работал ведущим инженером-конструктором автоматизированных систем управления, затем инженером-разработчиком в НИИ геофизических исследований в Калинине. Он — автор нескольких изобретений, за что удостоен звания «Изобретатель СССР». В эмиграции продолжил работу в сфере электроники.

Я — филолог по образованию. В Таджикистане начала как младший научный сотрудник в отделе изобразительного искусства Республиканского музея, затем работала искусствоведом в Союзе художников Таджикистана. В эмиграции продолжила профессиональную деятельность — в галереях, Национальном балете Канады, Художественной галерее Онтарио и других культурных институциях.

Мои дочери пошли по моим стопам, выбрав профессии, связанные с искусством. Последнее десятилетие я посвящаю работе и публикациям о культуре и искусстве евреев Средней Азии — мои материалы выходят в изданиях Израиля, США и Канады.

Чем Вы занимаетесь в свободное время?
— Меня вдохновляет современное искусство Израиля — музыка, танец, живопись. Особенно близки мне произведения, в которых звучат мотивы, исходящие из самой Торы и духа Святой Земли.